Заработок в интернете, платные тексты и странные явления.

Самое противное в написании текстов на заказ заключается в том, что складный текст со 100% уникальностью от человека, который шарит в теме и умеет формулировать свои мысли вообще нахер никому не вперся. Спроса нет. Есть спрос на дешевые рерайты, на бессмысленные комменты, на переливание из пустого в порожнее, потому что это дешево — берут не качеством, а количеством. Не то чтобы я была идейно против такого подхода, но не должен он быть единственным, есть в этом что-то неправильное. В других областях, с которыми приходилось иметь дело, «хорошо и дорого» тоже имело место быть.

Интернет такой интернет. Ладно бы тексты, а биржа лайкокомментов — это же песня просто! Еще во время жизни в Сочи меня потрясли расценки. То есть, я вся такая из себя красивая и хорошая — регаюсь на сайте, готовая ко всему (про работу в Сочи я потом как-нибудь напишу) и вижу. В общем, даже пачка жвачки — весьма дорогое удовольствие, даже если сидеть на сайте круглосуточно и без выходных.

Тем, кто не в курсе — для примера:

«Требования к исполнителю:

Аккаунт исполнителя в социальной сети должен обладать следующими характеристиками:

- количество друзей — не меньше 100.

- рекламных постов на стене — не более 30%.

- аккаунт не должен быть аккаунтом бота, фэйковым и т.п.

Порядок работы:

1. Открыть поисковую систему Яндекс и установить регион Москва

2. Ввести запрос «******», зайти по очереди на 1 — 2 из первых сайтов и сразу же выйти, находясь на каждом менее 15 секунд.

3. Найти сайт ********** (с красным дизайном) и перейти на него (не через карту яндекс). Записать дату и время перехода на сайт.

4. Посетить 3-5 страниц сайта, находясь на каждой странице 2 — 2 минуты.

5. Лайкнуть страницу, у которой МАЛО Лайков

6. В карточке работы указать: 1) ссылку на страницу с Лайком, 2) запрос, по которому Вы перешли на сайт, 3) дату и время посещения сайта по Москве, 4) свой браузер и его версию.»

Вот это стоит 0,5р. 50 копеек, то бишь. То есть, тратится куча времени на бессмысленные действа, и 10+ минут времени оплачиваются полрублем. И ведь дело не в том, что заказчик плохой, а в том, что и на такие расценки находится исполнитель. Как-то это жутковато.

Суровая российская действительность — человеки готовы делать черти что за ничего.

Фи.

del.

 

Я продолжаю стирать посты. Это отвратительная привычка — прятать доказательства того, что что-то было не так. Так дети прячут осколки разбитой ими вазы, только вот дети делают это, чтобы избежать наказания, а я… А я не знаю, зачем делаю это. Но снова и снова пытаюсь что-то спрятать, стереть, закрыть — так, чтобы никто не увидел. Называю это «уже не актуально».
Понятное дело, иногда жутко перечитывать старые дневники, поскольку не хочется верить, что это действительно было. Слишком мрачно, слишком безысходно, слишком нервно — этого не видно, когда живешь внутри настоящего, это проявляется только если взглянуть с расстояния, спустя время. Наверное, я просто пытаюсь остаться в зоне комфорта и дальше притворяться, что у меня все нормально. Беда в том, что из года в год «неактуальное» остается неизменным.
«Я не знаю, что делать.»
«Я не знаю, как это исправить.»
«Мне страшно.»
«Кажется, мне нужна помощь.»
«Я чувствую себя ужасно.»
«Я хочу умереть.»
И при этом я всегда хожу с довольной рожей и говорю, что «все не так плохо». Только если оглянуться, замечаю, как жутко все было — и тут же назначаю свои записи «неактуальными», стираю, прячу, жгу, лишь бы только не заметить, что ничего не меняется.
Должно быть, я просто верю, что мне «так хочется», и диссонанс, вызываемый этой формулировкой заставляет меня проявлять внешне то, что я хочу испытывать внутри. Не то чтоб удобно и легко, зато избавляет от постоянного давления извне: ты сама так хочешь, ты ленивая, ты сама виновата.
Мне повезло: рядом со мной оказался человек, который не пытается сваливать на меня вину за все на свете и вообще не заморачивается на том, кто виноват, а кто нет. Такой подход высвобождает кучу времени и сил на размышления не о том, кто что хотел и добивался, а о том, что я действительно ощущаю.
Как ни удивительно, по большей части это безысходность. И всякое по мелочи — обычный депрессивный набор. Но во всяком случае теперь я могу говорить «нет», когда мне в очередной раз говорят, что я сама хотела, чтобы со мной плохо обходились. Подход «жила-была девочка, сама виновата» понемногу теряет вес в образе мышления, оставляя пространство для других — как исправить то, что уже случилось, как теперь жить, и чего хочется на самом деле.
Осталось 11 дней до того момента, как я стану кем-то другим, обрету иной статус и смогу начать другую жизнь. Всего 11 дней. Есть шанс не рехнуться. :)
Думаю, все дело в том, что однажды я твердо решила: я заслуживаю чуда. И это чудо случилось. Не само, для этого пришлось постараться, но совсем не тем способом, который был для меня обычным. Так даже лучше.
Заканчивается август. Это было самое безумное, самое удивительное, самое странное и, пожалуй, самое лучшее лето, которое только случалось. А последняя пятница августа должна сделать его еще  и самым важным.

 

Суббота в сервисе.

image

Сидеть с ногами на чужом диване, демонстрируя окружающим полосатые носки — занятиез недели. Оказывается, если не пытаться Срочно Делать Дела, а просто отдыхать, неспешно доделывая, дочитывая и дописывая нужности, толку выходит куда больше.

А фоновый телек и шум где-то внизу, металлический лязг, неведомый грохот, вопли призывные, недовольные и непонятные в сочетании создают атмосферу всеобщей движухи.

А еще тут попугай. Он большой, и сдается мне, он счастлив.

image

ночное

Полночь. Москва. Почти-что-центр. Обочина.

Стоят два мужика лет тридцати у припаркованного внедорожника, курят, беседуют. Один другому жалуется — жена все время его пилит, дескать, ни ее, ни сына он не видит. Другой очень ему сочувствует, говорит, все они такие.

Нет, вы не поняли. Полночь. Обочина.

Вопрос: какого хрена он тут делает?

И правда — как это жена смеет его пилить?…

Нипанятна.

__

Если честно — я бы пилить не стала. Это же контакт. Придется подставляться под возможность услышать что-то вроде «ты меня пилишь, ты меня достала» или что похуже — по мне лучше уж своими делами заниматься. Карьерой, к примеру — и съехать при первой возможности, потому что тут уже ловить нечего. А оно пусть на своей обочине ночует, если так хочет. Хотя наверное, в семье так нельзя, и придется контактировать, хочется того или нет. 

08.14


Август подходит к середине, и в социальных сетях все больше картинок с припиской «я проебал лето». Поражает количество лайков. А еще то, что так каждый год. Наверное, я никогда не пойму, что именно есть «не проебать лето» и как люди собираются это делать. Их даже спрашивать бесполезно. К тому же, за оставшиеся три недели можно успеть столько, что воспоминаний на весь год хватит — но почему-то для многих предпочтительнее сидеть дальше у компа, репостить картинки и чувствовать себя убожествами.
Хотя казалось бы, чего стоит сидеть с удовольствием — если ничего другого поделать не получается. Или пойти на ближайшую речку — у большинства есть речка если не в шаговой доступности, то достаточно близко, чтобы до нее доехать на общественном транспорте. А потом можно сидеть подле речки, потягивать (что-нибудь, не буду советовать плохого) и думать, что лето проходит вполне себе по-летнему.
В этом году в Москве оно хотя бы теплое.
А вообще… Есть идея учинить какой-нибудь беспредел. Или совершить подвиг, хотя мне начинает казаться, что за это лето мной совершено достаточно подвигов. Но это частности.)

Антижж псто.

Последние пару лет я стараюсь не отвечать на реплики вроде «я не понимаю, зачем ты это делаешь». Наверное, взрослею. Раньше мне думалось, что говоря что-то в таком роде, человек не то чтобы по-настоящему хочет выяснить, но во всяком случае допускает возможность выслушать ответ. Оказалось, что никакого ответа никому не требуется, а формулировка «не понимаю, зачем» — обычно завуалированное обесценивание, демонстрация никчемности и бесцельности деятельности, о которой идет речь.
Последнее, что встретило «непонимание» такого рода — моя миграция из жж на дварай. И пожалуй, это мое дело, в которое лезть необязательно. Но тем не менее.
В последние пару лет в жж меня все больше шокировала ложь. Вот эта однотипная «привет, мне нравится твой блог, давай дружить» в разных формулировках и вариациях — меня потрясало, что это пишут не боты (хотя и такое бывает), а живые люди. Настоящие — с головой, руками, ногами, мыслями, интересами. Они заходят на страницу с постами, но даже мельком не проглядывают написанное, тыкают на «оставить комментарий» и вставляют в окошко копипаст. Это такой ужас ужаса…
Нет, ну на самом деле. Нет ничего плохого в людском равнодушии к посторонним. Конечно, куда лучше, когда люди как-то относятся к друг другу и миру вокруг​, но «лучше» и «необходимо» — вещи разные. А тут… Это не просто равнодушие, это демонстративное наплевательство. Это мелкое дешевое вранье без повода для того, чтобы беспроблемно поднять рейтинг, получить лишнюю копеечку, а в особо выдающихся случаях — целый рубль. Это пошло.
Слишком большое для меня количество народа заходило ко мне в жж, они не читали написанное, поскольку им было все равно — но зато они открывали рандомный пост и оставляли под ним бессмысленный комментарий. «Мне нравится, как ты пишешь».
Я заметила, как сильно упало качество моих текстов. Неважно, что ты напишешь — получишь свое «мне нравится твой блог» или что-то такое, даже если писать под замок, оставив открытым один-единственный пост, то именно к этому самому посту и пойдут кучи бессмысленных комментов.
…Мне не нравится подзамок. Записи только для друзей, вы понимаете… Подзамок не позволяет появляться новым людям, он становится слишком личным, дает иллюзию безопасности, закрытости (очень опасная вещь в сети), но что еще хуже — он «только для своих».
Нельзя написать под замком то, что хочешь показать миру. Мир не увидит. Чужой подзамок нельзя цитировать, выносить на люди, кому-то показать, и это обессмысливает сам факт ведения публичного (или псевдо-) ресурса.
Приблизительно так — если вкратце, меня слишком сильно раздражает бестолковая ложь ради мелкой цели. Это как-то противно. И помыться хочется. Уж простите.

+

Почти месяц перерыва выглядит странно. Так, будто мне стало все равно. Или иссякли слова, но это еще более странно.

Нет, мне не все равно — и слов еще достаточно, если сливать их правильно, понемногу и в нужное русло. Просто я дома.

Это ощущение — ощущение человека, который находится у себя дома, утерянное было, когда мне пришлось переехать в 2010 году, пробирает до самых костей. Люди, окружавшие меня все это время, говорили, что так мне лучше.

Они много что говорили. К примеру, что мне нигде не будет хорошо, что все дело в настрое, и коли мне не все равно, где и с кем быть, значит, я несчастная изнутри, и это нельзя изменить никакими внешними факторами. Что людям, которые окружали меня в Москве, на меня наплевать, они отлично обходятся и без моего присутствия, а мне просто надо это признать. Что я не отношусь к незаменимым, и когда приеду домой, то увижу, что никому здесь не нужна. Что дома как такового вообще не существует, и я только бегу от проблем, пытаясь вырваться из города, который я ненавижу с детства.

А еще — что давить на человека без его желания невозможно, и если я чувствую давление, значит, я сама так хочу.

Иногда все эти высказывания казались мне шокирующе-жестокими. В остальное время я не то допускала правоту говорящих, не то просто пыталась пропустить их слова через себя так, чтобы не было больно. Но больно все-таки было, хотя я скорее сожру свою собаку, чем скажу об этом кому-то. Как оказалось, гордости, считавшейся в нашей семье чем-то навроде хвори, которую нужно искоренять любой ценой (кроме отцовской гордости, конечно, та находилась на особом положении и в общем и целом заменяла ту составляющую религиозного культа, на которую требовалось молиться), во мне более чем достаточно. Странно, учитывая, что гордой я себя никогда раньше не считала — до тех пор, пока желание сепарироваться от неприятных мне людей не заставило меня обратить внимание на собственные желания, потребности и личность в целом. Там все оказалось неплохо. Даже удивительно.

Как бы то ни было, сейчас я дома, и это мне нравится. Я даже чувствую готовность общаться с другими людьми, если это будет недолго и не слишком травматично.

____

Нельзя сказать, что я люблю Москву. Мне нравится этот город своей близостью к Европе, когда я озираюсь вокруг, мне вспоминается Лондон, пыльный, грязный, шумный. Я люблю шум города. Люблю эту пыль, эту грязь, совсем не похожую на пыль и грязь села или леса. Не могу сказать, насколько мне хорошо здесь — это я, и моя затянувшаяся депрессия не позволяет мне чувствовать себя «хорошо» нигде и никогда, но я дома, я на своем месте, и это многого стоит.

о текстах //рабочее

Наверное, самое сложное в написании текста — держать его под контролем, не позволяя внутренним настроениям, затаившимся комплексам и фобиям брать верх над разумом и перекраивать повествование на собственный лад. Так бывает.

Герой, который видит повторяющийся сон, отдающий дешевым готическим романом середины девяностых, вдруг начинает путаться во времени, видеть то, чего нет и слышать то, что еще только будет — и изначальная задумка рассыпается об неуместные фантазии, а новой нет, поскольку есть вещи, о которых я не хочу говорить. Не из-за внутренних блоков, а из простой логики — есть то, о чем говорить невыгодно. Не только с коммерческой стороны, а невыгодно душевно, слишком много затрат и несоразмерно маленькая отдача.

Вот такого поведения текста нельзя допускать.

Или размер… Бывает, садишься писать рассказ, а через час поднимаешься из-за стола, чтобы налить чаю, и вдруг понимаешь, что весь этот час был потрачен на пятистраничное вступление, и само действо еще даже не думало начинаться. А роман пытается скукоживаться и сокращаться, пока не превратиться в перенасыщенную событиями повесть. Если только совсем не развалится в процессе своих метаморфоз.

Контроль — это то, что дается мне очень плохо. Контроль над собой, над окружающим миром, над тем, что я делаю. Над моей глупой толстой собакой, которая сегодня пыталась устроить себе гнездо на картонных коробках, не взирая на мои недовольные вопли. Ему 9 лет, и он уже достаточно мудр, чтобы понимать: хозяева поорут и замолкнут, а коробки — это интересно.

В коробках всё. Мне кажется, что я пытаюсь использовать их, чтобы отвлечься от действительно важных дел — в конечном итоге, собрать вещи можно за 4-5 часов методичных сборов, я же растягиваю этот процесс на недели. С обязательными перерывами на чай, кофе, выгул собаки, которая вполне способна самостоятельно спуститься по лестнице и выйти в открытую дверь. Но некоторые люди готовы использовать малейшую возможность, чтобы заниматься чем-то, что им не нужно.

Результат очередного прожитого дня — тотальная усталость. Хочется уехать, и это странно, поскольку я никогда не относилась к тем людям, которые любят путешествовать. Даже наоборот.

В воздухе витает что-то… Ощущение, какое бывает перед грозой после долгой засухи. Неплохое ощущение. Но очень утомляет.

«почему» и прочие неприятности.

Загадка недели — почему «опера» вешает систему. А слово недели — «почему». Почему то, почему это. Почему люди поступают так, как они поступают, почему я поступаю так, как поступаю я, почему я не делаю то, что нужно мне, почему я не делаю то, что нужно другим. Почему, почему, почему.

Как ни печально, это даже не вопрос, это просто слово *почему*, слово без смысла. Ответов нет, да их и не нужно. Просто почему-почему-почему. Как в три года — почемучка, которой не вперлись ответы. Лишь бы только спросить.

Из раза в раз совершаются одинаковые действия, не дающие никаких результатов. Даже нельзя сказать, что они плохие, просто безрезультатные. Очередной день, прожитый лишь для того, чтобы лечь спать, переходящий в следующий день, столь же важный. При слове «жди» хочу броситься и выцарапать глаза. Но я этого не сделаю, я не такое. Я трусливое, и боюсь, что дадут сдачи. Хотя… Иногда бывают шальные мысли: а почему бы нет? Я успею много наворотить, прежде чем меня остановят. Без толку, но зато от души.

Смотрю на цифры так долго, что начинает болеть голова. Реальный гонорар за полноценный роман — около 30-50к деревянных. Разовый. То есть, больше не дадут.

Нет, можно верить в лучшее, но я всегда предпочитаю быть реалистом. Мне говорили, что в медицину не следует идти, там денег нет. Как будто они есть в литературе. Ха.

Вот и думай — то ли делать то, что можешь, то ли то, за что платят. А платят в Москве хорошо-о-о. Столько же в месяц.

И вот так идут дни — в вопросах без ответов, в мыслях без толку, действий без результатов, дни — в недели, недели — в месяцы, а месяцы угрожают превратиться в годы. Я не меняюсь, не меняется жизнь вокруг, и хоть некоторые события отличаются от прошлых, жизненный вектор направлен вертикально вниз.

И вокруг продолжают скакать человечки и кричать «ты плохо стараешься»! Как будто им от этого легче..)

Лето.

//Sat.

Нужно быть очень отважным человеком, чтобы решиться обзавестись личным пространством. Оно обнажает.

Каждый, кто имеет к нему доступ, будет иметь доступ и к некоей части души, очень важной части души, а значит, эта часть станет уязвимой.

Эти мысли удивляют меня. Мне казалось, что причиной того, что я не пускаю людей ни в свой дом, ни в свои записи, является стыд — за плохую уборку, за нестираные шторы, за некачественные записи, некрасивые рисунки. Хотя всегда догадывалась, что это не совсем правда. Мне просто не хочется подпускать.

Я завожу себе тетрадь, начинаю писать в ней, а потом оставляю дома из-за страха, что она может попасться кому-то на глаза. Или выдираю страницы, содержимое которых кажется мне недостаточно нейтральным.

Паранойя.

Паранойя?

_________

Там лето. На улице — лето.

Меня разбирает дрожь от этого слова, я вспоминаю свое прошлое лето — лето «ждать». Проведенные в четырех стенах три месяца, «подожди пару дней» — дважды в неделю и «это было твое лето, ты сама должна была думать» — 24 августа.

Я боюсь, что это лето может быть еще хуже.

У меня вообще все чем дальше, тем хуже, и никакие попытки исправить это не работают. Может, это из-за близости человека, который плохо на меня влияет — настолько плохо, что я хочу оказаться как можно дальше от него и больше никогда не встречаться. Можно сказать что-то вроде «нельзя плохо влиять на кого, то, если этот кто-то не позволяет», но поверьте, это не совсем так. Мне ближе высказывание «любого можно сломать».

Не всегда возможно идти поперек, особенно если ты не хочешь вредить, а другая сторона хочет вредить тебе. Условия неравные, результат предопределен.

Можно пытаться стать жестче. Злее. Но все равно в какой-то момент сработает предохранитель, и распаленная «другая сторона» будет добивать, пока не убедится, что уже не дергаешься.

Условия, жить в которых невозможно.

Да и не стоит, наверное.

_________

А нежелание и невозможность жить — это на самом деле очень смешно. Отличный повод постебаться, поржать и как следует потыкать. Просто есть люди, а есть игрушки. Игрушкам не бывает больно. Они же неживые.

Жутко осознавать, что тебя назначили игрушкой.

Жутко оттого, что это нельзя изменить. И никуда не деться — либо привыкать, либо…

Либо не привыкать. Логично, ведь так?..

__________

Я не буду отвечать на сообщения и письма, касающиеся 2rai. Мне очень жаль. Но спасибо за реакцию, мне приятно знать, что кому-то не все равно.

Отслеживать

Get every new post delivered to your Inbox.